Для авторизации на текущем портале в Вашем профиле ЕСИА должно быть заполнено поле "Электронная почта"

Республиканские порталы Карта сайта Вход

Администрация городского округа город Агидель Республики Башкортостан

30 лет спустя

7 Апреля 2016
16
0

Жители покидали Чернобыль и Припять, надеясь на возвращение через пару дней. Но этого не произошло. Им пришлось расстаться с родиной навсегда. Об этом нам рассказал ликвидатор последствий аварии на ЧАЭС Шайхиян Минниахметов.

О РАДИАЦИИ НЕ ЗНАЛИ

В тот погожий майский день 1986 года Шайхиян Минниахметов, совсем еще молоденький парнишка, услышал на работе, что коллеги-водители записываются в командировку. Молодому человеку было интересно совершить дальнее путешествие в теплые края, да заодно и подзаработать - ведь у 23-летнего отца уже подрастал сыночек Ришат, и семье много чем надо было обзавестись. Побежал в контору, но пришел одиннадцатым, а нужны были 10 человек. К его «счастью» один из водителей отказался по личным обстоятельствам. О том, какую опасность представляет из себя эта поездка, никто тогда не знал. Тронулись в путь - на самолете. Это была вторая партия агидельских водителей с АТП. Поехали на Украину под руководством Ильдара Султанова. К моменту их отбытия первая партия еще не вернулась, поэтому рассказать, что и как, было некому. Думали, едут на работу в Вышгород, под Киев. Оказалось, в этом городе просто находится управление ЧАЭС. А работать придется непосредственно на взорвавшемся атомном реакторе. Первые водители пригнали 10 КамАЗов - на них и возили смесь для засыпки реактора. Уже к приезду второй партии КамАЗы были заражены. У Шайхияна хотели отобрать машину как радиационно опасную, пересадить на бортовой грузовик, да он не отдал: хочу работать на самосвале и со своими друзьями.

РАБОТАЛИ КАК НИ В ЧЕМ НЕ БЫВАЛО

Трехкилометровую дорогу напрямик к станции дорожники сделали за три дня. Водители загружали, а на станции разгружали машины бетона с щебенкой, и так много раз за день. На ликвидации аварии работали тысячи солдат (встречали и земляков), было много военной техники. Страна бросила огромные средства и силы на защиту от радиации, но была не готова к такой масштабной катастрофе, не могла защитить работающих. Например, у военных был всего один большой дозиметр на всю часть. Солдаты мыли грузовики, и вечером водители отгоняли их за 16 километров от очага радиации в Чернобыль, где наши шоферы и жили в школе. Их хотели отправить в Полесское за 80 км, отказались - далеко. А намного позже выяснилось, что Полесское было заражено не меньше Чернобыля… Спустя годы узнали, что ненадолго возникающая внезапная сухость в горле - это был результат мощных выбросов радиации с потухшего реактора. - Индивидуальных дозиметров у нас не было, - рассказывает Шайхиян. - Человек не мог видеть, какой уровень радиации там, где он находится. Думаю, что радиация была не везде. С подветренной стороны фон был небольшой, а на западе, куда дул ветер после аварии, - высокий. Каждый день мы мылись на самой атомке в душе - через стену от реактора. Купались в реке Припять, потому что стояла невыносимая по нашим меркам июньская жара. Но ни на траву заезжать, ни ложиться было нельзя. Каждый день проезжали мимо рыжего леса - гнали по этому участку быстрее. Также проезжали мимо заброшенной загоризонтной радиолокационной станции «Дуга-1», это был очень дорогой объект, контролировавший половину советского неба. В зоне отчуждения был своеобразный «коммунизм» - пообедать можно в любой столовой, хоть в Чернобыле, хоть за его пределами. Ящиками стояла бесплатная пепси-кола, а в Союзе тогда ее не было. Вечером в клуб ходили, в кино…

ПО СЛЕДСТВИЯ БЫЛИ РАЗНЫЕ

Через каждые 5 дней у работающих брали кровь на анализ. Врачи их обслуживали не простые, а все сплошь профессора. Они честно предупреждали о последствиях. Об этом же предупреждали и милиционеры, когда водители ехали с аэропорта на автобусе. Но назад пути не было - работать кому-то надо было. И последствия были, у кого большие, у кого меньшие. У Шайхияна - слабость, утомляемость, головокружение. А кто-то умер… И до сих пор мало кому удается связать свою инвалидность с Чернобылем. Каждый год проводятся собрания «чернобыльцев», где они высказывают свои жалобы и предложения. Наши водители были молодые, на новеньких КамАЗах, а остальные – в основном пожилые люди на старых машинах. Но красоваться было не перед кем, женщин в зоне почти не было. И КамАЗы потом, естественно, пошли на уничтожение. До осени на ЧАЭС работали 8 партий наших парней, пока полностью не засыпали реактор и не построили саркофаг. Вместе с такими же, как они, спасли Киев и окрестности, а также Гомельскую область Белоруссии от неминуемого заражения. Местные рассказывали, что в войну это был партизанский край с густыми непролазными лесами: спрячешься - никто не найдет. Но все эти леса были вырублены после аварии.

ЧТО СТАЛО С ГО РОДАМИ?

Красивый, современный, построенный в 70-е годы город-спутник ЧАЭС Припять превратился в мертвый город, вызывая жуткие ощущения. Как-то раз Шайхиян бродил по нему с местным контролером, и зашли в квартиру этого человека. Детские тапочки, посуда, ковры - и ничего нельзя брать. Все так, как будто люди ушли ненадолго. Но они ушли навсегда, оставив все нажитое добро. По улицам остались бродить собаки, ходили слухи и о мародерах. А в старинном городе Чернобыле, частично состоящем из частного сектора, остались бесхозными куры. В садах краснела огромная клубника виктория. Срывали, ополаскивали и ели, признается Шайхиян. Шайхиян подумывает о том, чтобы съездить на экскурсию в Припять. Говорят, там изменилось все. Город зарос, стекол в домах не стало, вся домашняя утварь из квартир давно вывезена и уничтожена. Полураспад плутония и урана очень долгий - жить там запрещено. Стоит и многомиллиардная (по советским деньгам) четырехблочная Чернобыльская АЭС, что через мостик от Припяти. Французы строят над ней новый, более надежный саркофаг. Земля под станцией сразу была забетонирована шахтерами, чтобы радиация не проникла с водами в реку. Вся почва вокруг засыпана новым толстым слоем. Автодороги были переделаны, переасфальтированы сразу же после аварии. Для жителей Припяти был построен город Славутич (по слухам, и он сейчас тоже радиоактивно заражен). А некоторые пожилые люди вернулись в родные дома, в Чернобыльский район практически сразу. И стали вести хозяйство, питаться со своих огородов, и, говорят, расти в них как будто бы даже лучше все стало… Радиационный накопитель Шайхиян Шайхинурович хранит как память. Хранит и воспоминания о том зловещем «приключении», которое могло стоить ему жизни. Здоровья вам, ликвидаторы аварии, мужественные «чернобыльцы», дай Бог вам всех благ.__

 

По материалам газеты «Огни Агидели»